Рабочее место жительства: операторов FPV-дронов привлекут к освоению Арктики

Источник изображения: Фото: РИА Новости/Виталий Аньков

Они смогут управлять тяжелой техникой Крайнего Севера из уютных городских офисов

В России готовится к реализации проект привлечения операторов FPV-дронов к мирным профессиям. Находясь в уютных городских офисах за тысячи километров от объектов, специалисты смогут через скоростной интернет водить карьерные самосвалы на Таймыре и разгружать суда на Крайнем Севере. Проект не только решит проблему кадрового голода в Арктике, но и обеспечит престижной работой возвращающихся защитников Родины. Таким образом, опыт, полученный в зоне боевых действий, адаптируют под нужды экономики, считают эксперты.

Принцип «конечного устройства»

Главная идея разработчиков — полностью переосмыслить роль беспилотников. В сфере скоростных дронов (FPV) есть базовое понятие «конечного устройства». Это любой механизм, которым человек управляет с помощью пульта, шлема и канала связи. На линии соприкосновения пилоты научились превращать в такое устройство любой объект: от легкого квадрокоптера до тяжелых тягачей и легковых машин. Ключевую ценность теперь представляют навыки человека и устройство пульта.

Этот же алгоритм Центр комплексных беспилотных решений (ЦКБР) переносит в мирную индустрию, предлагая вместо боевых аппаратов подключать к рабочим местам пилотов индустриальную, строительную и логистическую технику.

Фото: ТАСС/Юрий Смитюк

Источник изображения: iz.ru

— Система работы модернизированной машины строится на трех элементах, — отметил в разговоре с «Известиями» главный конструктор ЦКБР Дмитрий Кузякин. — В частности, интеграция в управление. Если техника современная, инженеры подключаются напрямую к ее цифровой бортовой системе (шине данных). На старые модели устанавливают дублирующие приводы и точные электромоторы (сервомоторы). Они дистанционно физически нажимают на штатные рычаги и педали.

Кроме того, есть камеры (оптический контур). На корпусе машины закрепляют несколько камер высокого разрешения. Они полностью убирают слепые зоны. Данные с приборной панели считывают датчики или отдельная видеокамера. В мирной жизни не нужны боевые радиоканалы. Обмен информацией идет через скоростной интернет. Специалист подключается к машине так же, как геймер к игровой онлайн-игре, и управляет реальным многотонным экскаватором или краном, добавил он.

Экономический эффект для Крайнего Севера

Проект решает острую проблему освоения труднодоступных регионов. Развитие Северного морского пути, строительство логистических узлов и заполярных портов требуют работы тысяч машинистов. Однако содержать персонал в условиях вечной мерзлоты крайне дорого. Для людей нужно строить жилье, коммунальные сети, котельные, больницы и магазины.

Фото: РИА Новости/Павел Львов

Источник изображения: iz.ru

«Дронификация» позволяет полностью перевести операторов на удаленный режим. При этом проект не забирает рабочие места у местных жителей. Он закрывает кадровый голод на неосвоенных территориях, куда тяжело быстро завезти много людей.

— Это повышение производительности. Переход на автономные, например карьерные, самосвалы повышает производительность горных работ на 15–20%. Вторая вещь — это снижение затрат. Сокращаются расходы на оплату труда большого штата водителей и обслуживающего персонала в удаленных регионах, снижаются запросы на топливо, техническое обслуживание, уменьшается количество простоев и аварий из-за человеческого фактора, — считает начальник аналитического отдела инвесткомпании «Риком-Траст» Олег Абелев.

В будущем авторы проекта создадут единую сеть диспетчерских центров. Обычный день ветерана СВО, получившего новую профессию оператора, будет выглядеть так: он приходит на рабочее место в регионе с хорошим климатом и надевает VR-шлем. В течение смены специалист поочередно переключается между объектами по всей стране в зависимости от загруженности и необходимости его виртуального присутствия на том или ином объекте. Утром он разгружает судно на Кольском полуострове, в обед ведет грузовик на Таймыре, а к вечеру перемещает контейнеры на Чукотке.

Сейчас идея находится на этапе испытаний и создания макетов. Инженеры совместно с партнерами тестируют систему на действующих портовых кранах в Сириусе. ЦКБР ведет работы только за счет собственных средств.

Фото: Global Look Press/Petrov Sergey

Источник изображения: iz.ru

Для центра этот проект стал логичным продолжением закрытых программ. Ранее специалисты ЦКБР первыми создали систему воздушного перехвата чужих беспилотников, разработали метеозонды «Окно» и безэкипажные катера. Новая программа решит еще одну важную задачу — гарантирует востребованность защитников Родины после их возвращения домой.

Любые беспилотные и роботизированные комплексы изначально создаются как технологии двойного назначения. Сегодня они массово применяются в зоне СВО. Однако гражданская сфера нуждается в подобных системах не меньше. Прежде всего они необходимы там, где человеку находиться слишком опасно. В частности, роботы незаменимы на Крайнем Севере, на сложных заводах и в урановых шахтах. Военные эксперты, опрошенные «Известиями», уверены, что уникальный опыт участников СВО, которые научились филигранно управлять сложной техникой на расстоянии, очень поможет нашей экономике в будущем.

— При этом техникой в реальном времени должен управлять именно человек, а не просто компьютерная программа, — объяснил «Известиям» военный эксперт Алексей Леонков. — Оператор может мгновенно оценить меняющуюся обстановку и принять нестандартное решение. Перенос боевого опыта в мирные проекты — это зачаток глобального научно-технического направления. В будущем эти же технологии позволят специалисту сидеть на Земле и управлять роботами на Луне.

Фото: ТАСС/Юрий Смитюк

Источник изображения: iz.ru

Переход операторов беспилотников в мирные сферы — абсолютно естественный процесс. Человек с уникальным практическим опытом быстро адаптируется к новым задачам. В итоге гражданское производство получает готовых профессионалов высокого уровня.

Главное — чувствовать машину

По оценкам экспертов ЦКБР, сегодня в России сформировалось крупнейшее в мире профессиональное сообщество в сфере FPV. Непосредственно сборкой, настройкой и пилотированием высокотехнологичных систем владеют тысячи человек, а общая численность вовлеченных в индустрию специалистов (включая инженерные группы и полевых разработчиков) составляет десятки тысяч граждан. Большинство из них на ходу освоили даже технический английский язык, поскольку актуальная документация часто не имела перевода. По уровню практических компетенций наши военнослужащие способны конкурировать с преподавателями и учеными профильных вузов.

Технологии дистанционного контроля сейчас бурно развиваются по всему миру. Чаще всего их внедряют в добывающей промышленности, на высокогорных рудниках или при опасных взрывных работах. Главный стимул здесь — безопасность людей и экономическая выгода.

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Эдуард Корниенко

Источник изображения: iz.ru

— Пока в этом направлении лидирует Китай. Там операторы тяжелых машин сидят на поверхности, а сама техника работает глубоко под землей. Но в России сейчас запускаются масштабные проекты по освоению Севера, где такой формат жизненно необходим, — рассказал «Известиям» военный эксперт Юрий Лямин. — Современная спутниковая связь стирает расстояния. Специалист может сидеть в комфортном офисе в центре страны и без задержки сигнала управлять многотонным экскаватором или буровой установкой за тысячи километров — например, в Арктике.

Главная ценность таких сотрудников — особое умение «чувствовать» технику на расстоянии. Нужно понимать, как движется машина, и мгновенно привыкать к микрозадержкам связи (лагам). Это сложный психологический и физический навык, который у наших бойцов уже доведен до автоматизма.

— Конечно, есть разница между легким квадрокоптером и тяжелым карьерным самосвалом. Но базовые принципы управления удаленной машиной абсолютно одинаковы, — уточнил Юрий Лямин. — Более того, пилот скоростного дрона реагирует на препятствия в разы быстрее, чем нужно для работы на обычном тракторе или экскаваторе. Если человек виртуозно справляется с беспилотником в бою, он гарантированно сможет освоить любую мирную технику.

Фото: РИА Новости/Илья Наймушин

Источник изображения: iz.ru

Такой кадровый потенциал — огромная ценность. Государство и крупный бизнес должны вместе создать понятную программу, чтобы возвращающиеся к мирной жизни специалисты сразу приходили в коммерческие проекты. Нельзя терять людей с таким ценным опытом.

Начавшись с добывающей промышленности, северных строек и глубоких шахт, тренд на дистанционное управление неизбежно охватит и другие сферы нашей жизни. И именно сегодняшние операторы беспилотников должны стать ядром, технологической элитой новой цифровой промышленности России.

Юлия Леонова

Источник: vpk.name